Понедельник,
24 июня 2019 года
№6 (4675)
Заполярный Вестник
Бесконечная красота Поморья Далее
С мечом в руках Далее
«Легендарный» матч Далее
Экстрим по душе Далее
Лента новостей
10:30 Городское освещение готово к наступлению полярной ночи
10:00 «Спорную» автобусную остановку в Талнахе вернут на прежнее место
08:05 Норильчане могут обратиться за консультацией к председателю Заксобрания Дмитрию Свиридову
07:25 На руднике «Октябрьский» компании «Норникель» завершают строительство второго пускового комплекса
05:30 На Талнахской обогатительной фабрике продолжается внедрение системы «6С»
Все новости
Самый почетный горняк Норильска
Память
27 августа 2010 года, 14:12
Текст: Валентин ПЕТРОВ
Лев Савва входит в первую десятку почетных граждан Норильска. Это звание горняк номер один получил перед отъездом из города в 1977 году, как раз накануне своего профессионального праздника.
А приехал 25-летний выпускник Московского института цветных металлов и золота, бывшей горной академии, в Норильск еще до Завенягина, в 1937-м. Известно, что Савва был в числе любимцев Авраамия Павловича. Определенную роль в этом сыграло и то, что сам начальник Норильского комбината окончил металлургическое отделение той же академии. И то, что Савва был очень колоритной личностью. Необычайно красивый, высокий, с копной черных волос, за которые Завенягин звал его Цыганом, а женское окружение – Тарзаном, он был щедро одарен от природы не только инженерными талантами. Кроме хорошей внешности он обладал мощным голосом, отличной памятью и все главные роли на любительской сцене были его…
А еще молодому инженеру мешали спокойно спать лавры Ивана Поддубного: он буквально бредил борьбой. Среди заключенных, прибывавших в Норильлаг, всегда находились желающие помериться с ним силой. Однажды встретился даже ученик кумира, поединок с которым закончился вничью.
Конечно, такое поведение руководителя не могло не быть замечено оперативным отделом. Начальнику строительства поступила официальная бумага, в которой докладывалось, что Лев Савва борется с заключенными… Завенягин хода докладной не дал, но поинтересовался у любимца, считает ли тот приемлемыми подобные соревнования, ведь его противники находятся в не совсем равных с ним условиях… На что Савва ответил, что выбирает для борьбы время и заботится о дополнительном питании участников импровизированных поединков. И самое главное, что это праздник не только для него, но и для них.
 
И платину мыли в ручье
Поначалу Савва руководил земляными и дорожными работами, а в октябре 1938 года Завенягин подписал приказ о создании специального приискового управления, которому предстояло организовать добычу платины из грунта Угольного ручья. Руководить работами были назначены Лев Савва и Анатолий Корешков.
Первую платину, намытую приисковиками, с приключениями отправили в Москву. По дороге ящик с 38 кг драгоценного металла из-за аварии самолета утопили в Енисее, потом с помощью водолазов выловили его из реки и только после этого доставили в Кремль.
О дальнейшей судьбе платинового прииска сведений не сохранилось, зато известно, что осенью 1941 года Савва был назначен начальником рудной штольни №1, от которой ведет начало будущий рудник “Заполярный”. В опубликованных воспоминаниях он пишет, что 23 или 24 июня 1941 года вместе с инженерами Карлюковым и Хромченко подавал заявление с просьбой отправить на фронт, но на фронт из Норильска отправляли не всех желающих… В годы войны здесь трудились по-фронтовому. На подчиненной Савве штольне, чтобы рабочие уступили место в забое следующей смене, приходилось выключать электроэнергию. Так старались работать заключенные: “Вырубишь свет – только тогда уходят”, – вспоминал Лев Александрович то время. Добычу вели, оставляя целики, чтобы не обрушилась кровля. Руду выдавали на сортировку, а оттуда трехтонками везли к железной дороге на Нулевой пикет.
 
Три дробь шесть и семь дробь девять
Рудник 3/6, позднее переименованный в “Таймырский”, – только не сегодняшний одноименный, а уже прекративший свое существование, – начали строить еще перед войной, в 1940-м, закончив вскоре после ее начала. Вплоть до открытия Талнаха он был основным поставщиком богатых жильных руд. В его состав входили восемь добычных и проходческих участков, участок внутриподъемного транспорта, служба вентиляции, компрессорная станция и сортировка руды, естественно ручная. На сортировке, как правило, работали женщины-заключенные. Внизу были деревянные люки-дозаторы, к которым подъезжали самосвалы. Они загружались рудой и отвозили ее на Большой металлургический завод, после пуска медного получивший название никелевого.
На руднике 3/6 обычно работали от 1100 до 1300 человек. Контора, ламповая и бытовки находились в деревянных каркасно-насыпных домах. Вся территория рудника с компрессорной, вентиляторной, конюшней и другими хозяйственными  строениями, огороженная колючей проволокой со сторожевыми вышками, находилась в промышленной зоне. Рядом располагалась жилая зона, так что на работу заключенные шли пешком.
В 1948-м начальником рудника назначили Льва Савву. По свидетельствам норильчан того времени, новый начальник пользовался большим авторитетом не только у вольнонаемных коллег, но и у горняков-заключенных. Энергичный и остроумный человек, он очень хорошо говорил, выступая на собраниях, и его предложения практически всегда принимались.
Все четыре года, что Савва возглавлял подземный рудник, предприятие бесперебойно выполняло план.
Когда объединили рудники 7, 8 и 9 в 7/9, будущий “Заполярный”, туда перевели Савву. Таким образом, ни один рудник доталнахского периода не обошелся без его руководства.
 
На правом берегу
В 1954 году Завенягин, которому оставалось жить только два года, предложил Савве поработать на урановых рудниках под Кривым Рогом.
К тому времени в семье Льва Александровича уже было двое детей. Женился он на коренной сибирячке, приехавшей в Норильск из Минусинска. По рассказам Александра, сына Саввы, отец матери сначала служил у Колчака, потом командовал кавалерийским полком на стороне красных. После войны был председателем колхоза, но в конце концов ему припомнили колчаковское прошлое и расстреляли.
Льва с младшим братом воспитал приемный отец, взявший их из московского детского дома. По словам Александра, отец так и не простил свою мать, благополучную женщину, оставившую своих детей ради мужчины. (Между прочим, Елизавета Малевская уехала в Москву к маршалу Тухачевскому.)
Лев Савва, впрочем, как и Завенягин, у которого тоже было двое детей, в семейные дела практически не вмешивался, доверив воспитание сына и дочери жене. После их рождения Тамара Савва ушла с работы в Центральной химической лаборатории, полностью посвятив себя мужу и детям.
Когда в Норильске началось строительство талнахских рудников, Савва вернулся в город, где многое изменилось. Неизменным осталась востребованность его инженерных и организационных талантов. Сначала он возглавил проходку стволов “Маяка”, а потом стал главным инженером горнорудного управления, которому были переданы все вопросы талнахских рудников. При нем в марте 1966-го в Норильск пришел первый состав с рудой Талнаха. Сдавались один за другим “Маяк”, “Комсомольский”, “Октябрьский”… Последним местом работы горняка номер один в заполярном городе был горный отдел института “Норильскпроект”.
Окончательно с Норильском Савва простился, переехав в Ленинград в 1977 году, ровно через сорок лет после того, как впервые ступил на норильскую землю. Его не стало в 1991-м, когда закончился советский период отечественной (и норильской) истории, с которой была связана вся его большая жизнь.
Элита Норильска-города. Лев Савва – второй слева. Тамара Савва – крайняя справа (рядом с горняком Степаном Лисюком и главным инженером комбината Владимиром Дарьяльским)
Авраамий Завенягин застал в Норильске группу молодых инженеров, руководивших важнейшими участками строительства комбината. Одним из них был Лев Савва (стоит)
Первая руда Талнаха, добытая к 30-летию НГМК, пришла на норильский берег по понтонному мосту
От “Маяка” на никелевый. Первый состав с промышленной рудой первого рудника Правобережья отправился в 1966-м
0
Горсправка
Поиск
Таймырский телеграф
Норильск