Каблучки запрещены
|
14 декабря 2007 года, 17:38 Фото: Андрей Волков Текст: Татьяна Рычкова
|
Все крановщицы из МЦ – очень веселые. Сохраняют бодрость духа и в чаду плавильного, и в пургу, и даже когда болеют. На работе ходят в спецовках, после нее – в вечерних платьях с кружевами. Любят детей, друзей, прогулки на катере и верхом на лошади, а также детективы, сериалы и эзотерику.
| Можно сказать, цеховые мужчины носят их на руках, когда они, как богини, спускаются с высоты. Понимают, что там, за облаками, богини максимально стараются обеспечить безопасность тех, кто работает внизу. На 8 Марта дарят цветы и золотые кулоны и никогда не сплетничают. Коллектив в МЦ в основном мужской. Богиням на производстве все равно достается. На кране работать – не каблучками по паркету стучать. Каблучки, по правилам ТБ, здесь вообще запрещены. – А если я споткнусь, когда полезу на кран? – поясняет Нина Кокоулина и сообщает о некоторых нюансах профессии: – Многое в нашей работе зависит от того, в каком состоянии примешь кран. Нужно чтобы все было в порядке: канаты, тормоза. Люба Бондаренко объясняет про тормоза: они должны быть расслабленные, иначе разольешь горячий металл. Нина рассказывает, как работается на каждом из участков (в народе их называют цехами): – В обжиговом, наверху, атмосфера почти нормальная. В электролизном бывает, сульфат летит вверх, кружится, оседает, попадает в глаза, щиплет. Но самое сложное – это плавильный. Жара идет наверх, разливаем почти вслепую, на голос, ребята внизу командуют. Ориентируемся по горячей изложнице. Самый дешевый стриптиз Металлурги и крановщицы понимают друг друга даже без слов – по повороту головы или взмаху руки. – Поэтому самое трудное – когда приходят новенькие плавильщики и обжигальщики, – говорит Галина Анциферова. – Нужен максимум концентрации, – добавляет Ольга Негадова, – внизу нам задают темп, нужно следовать ему. Пот со лба, бывает, некогда вытереть. Жаркие условия труда, особенно летом. Температура зашкаливает за +50, во время розлива бывает и выше. Лидия Воронцова и Элеонора Тартынская единственным недостатком любимой работы тоже называют чад наверху в плавильном, когда разливают горячий металл. – Ничего сложного в нашей работе нет, – уверяет Яна Кравченко, – кроме того что работать приходится на три участка. Крановщицы во время одной смены бегают с крана на кран: из плавильного в обжиговый, из обжигового в электролизный. Поскольку в МЦ много ценностей и существует так называемый голевой контроль, каждый раз им приходится раздеваться и надевать другие спецовки. Женщины хохочут и называют это «самым дешевым стриптизом». – Морально устаем от переодеваний, – выражает общее мнение Екатерина Забалкина. – Что за крайность – столько раз раздеваться-одеваться? – говорит Ася Хазиева. – Когда приходишь на работу и уходишь – это логично. Но каждый раз, когда перемещаешься с участка на участок… По-моему, такое многократное переодевание не оправдано. Перчатки и вечерние платья Женщина должна наряжаться, но если над головой кружится сульфат, чад и жарко, как в Африке, это совсем не просто. Они приходят на работу в красивых футболках, надетых под спецовки, с прическами, макияжем и маникюром. Чтобы сохранить его, работают в перчатках. Или мажут руки защитным кремом. К концу смены прически опадают от жары, макияжа на весь день тоже не хватает. Как мы уже сказали, мужчины МЦ и так относятся к своим богиням с большим вниманием и уважением, но когда видят их в нерабочей обстановке, в нарядных платьях и туфлях, бывают просто потрясены. Такое случилось, например, нынешним летом на турбазе, когда крановщицы выступали на сцене на День металлурга. Мужчины были в шоке и по очереди восклицали: «Боже, какие вы красивые!» Женщины любят все красивое и ни на минуту не забывают о своем главном назначении – украшать собой мир. Однако на Севере холодно, и верхняя одежда должна быть в первую очередь теплой и удобной. Богини рассказывают, что в длинных шубах легко запутаться и упасть. Поэтому хоть таковые в наличии и имеются, но на каждый день они предпочитают легкие пуховички и брюки вроде тех, что носят горнолыжники. В обыденной жизни больше любят спортивный стиль: джинсы, свитера, но в гардеробе имеется и кое-что поинтереснее. Например, вечерние платья: длинные, облегающие, с разрезом сзади, бархатные, с вологодскими кружевами. Екатерина выражает общую точку зрения: – Прежде всего мы женщины, уже потом – металлурги. Что душу греет После работы увлечения у всех разные. Яна любит детей. Воспитывает двоих собственных и двоих приемных. Одну приемную дочь уже выпустила в жизнь и стала бабушкой в 34 (!) года. Говорит, что на другое хобби времени не остается. Даже когда вяжет носки или варежки, учит уроки с детьми. Галина любит горные лыжи. На простых вместе с мужем ходит в тундровую избушку и баню на речке Валек. Летом и осенью супруги отправляются на лодке на озеро Собачье. – Комары, дождь, шторм, – рассказывает Галина. – Ворчишь: «Больше ни за что, никогда». А к выходным снова тянет. Екатерина ходит в бассейн с внучкой. Внучке 12, и она давно обгоняет бабушку. Екатерину интересует эзотерика, которая, по ее мнению, учит радоваться каждой мелочи: – Выйдешь на улицу: снег пушистый летит. Классно. А вчера младший сын встречал на машине, оттуда музыка несется, а мы как раз выходим из МЦ как бы под эту музыку. Забавно. Эзотерикой увлекается и Нина. Ольга любит друзей, машины и лошадей. До 96-го они в Норильске еще были, в зоопарке при «Норильскбыте». Когда он закрылся, Ольга пересела на железного коня. Говорит, что у каждого крана, так же как у лошади, свой характер, свой шум мотора. От работы она получает такой же драйв, как от общения с лошадьми. Теперь катается на них в отпуске, а в Норильске гоняет с друзьями в тундру. Летом – на мотоциклах, зимой – на «Буранах». Любит технику, говорит, потому и профессия далась легче, чем другим. Асю греют «пятерки» в дипломе младшей дочери, недавно закончившей институт. Смеясь, говорит ребенку: «У меня от них в глазах пестрит». Дочь понимает, что маме трудно было учить сразу двух студенток, поэтому отвечает: «Я твои деньги отработала». Ася всю жизнь писала стихи и сценарии для цеховых праздников. Поэтому своим главным хобби называет творчество. Галина – болельщица творчества своей подруги-художницы Ольги Сахаровой. Кроме того, у женщин из МЦ еще много больших и маленьких поводов для радостей. Экзотика Севера Почти все богини – коренные норильчанки. В ответ на просьбу рассказать что-нибудь экзотичное из северной жизни Ольга вспоминает, как ей приходилось откапывать лошадь, по пояс провалившуюся в снег. – У нас в 5-м микрорайоне экзотика постоянная, – говорит Яна. – Иду недавно в шесть утра до остановки. Метет страшно, меня на землю бросило, села и сижу. Кое-как добралась до места. Лиду Воронцову вместе с дочерью тоже «сдувало», случилось это недалеко от магазина «Альфа». Дочь засмеялась, сказала: «Классно». Люба рассказывает, как однажды ей пришлось работать две смены подряд, так как из-за ужасной пурги не смогла приехать сменщица из Талнаха. Екатерина вспоминает одну из поездок на Ламу с мужем и друзьями. Однажды мужчины оставили ее в лагере на дежурстве и предупредили: «Не бойся. У нас тут «воровайка» есть». – Я готовлю на улице у стола, – рассказывает Екатерина, – вдруг шорох. Белочка передо мной сидит. Глаза – пуговки, хвост пушистый, лапки, как будто в перчатках. Ворует сухари и на меня поглядывает. Я дыхание затаила. Она схватилась уже за палку копченой колбасы, а взять не может. Я тоже за нее взялась, белочка на меня смотрит, как будто говорит: «Ты зачем мою колбасу трогаешь?» Галина не может забыть конец 70-х, когда ударил мороз –63о и прорвало газопровод. – Было безветренно. Деревья в инее. Люди пробегают закутанные, как снеговички, одни глаза торчат… Еще она помнит оператора Ледина, который гулял по Ленинскому с медвежонком Умкой. Ася же уверяет, что никакой такой экзотики на Севере нет: – Я здесь родилась. Говорят, у каждого человека есть свое место на земле. Это мое место. Меня никогда не угнетали ни мороз, ни ветер. Но, между прочим, в стихах Аси эмоций гораздо больше, чем в словах: «Опять пурга. Сошла с ума погода. На улице сплошная коловерть, как будто сотни две чертей согнали и приказали все перевертеть… Выхожу в этот ад, хоть робею, этой ночью опять мне не спать, много лет на МЦ отправляюсь с металлургами вахту стоять…» |
| 0 | Твитнуть |










