Понедельник,
24 июня 2019 года
№6 (4675)
Заполярный Вестник
Экстрим по душе Далее
Гуд кёрлинг! Далее
В четвертом поколении Далее
«Легендарный» матч Далее
Лента новостей
15:00 Любители косплея провели фестиваль GeekOn в Норильске
14:10 Региональный оператор не может вывезти мусор из поселков Таймыра
14:05 На предприятиях Заполярного филиала «Норникеля» зажигают елки
13:25 В Публичной библиотеке начали монтировать выставку «Книга Севера»
13:05 В 2020 году на Таймыре планируется рост налоговых и неналоговых доходов
Все новости
Закрыта и забыта?
НОРИЛЬСК В ИСТОРИИ, ИСТОРИЯ В НОРИЛЬСКЕ
15 декабря 2009 года, 14:47
Фото: Александр ПОТЕРАЙЛО
У студентов Норильского индустриального института Андрея Грязнова, Александра Потерайло и Евгения Иванова необычное для нынешних молодых людей увлечение – они заняты исследованием истории Норильского промрайона. Свои поиски ребята начали с горы, точнее, с угольных шахт. Об одной из них, некогда передовом и самом известном предприятии местного углепрома – шахте «Норильская», рассказывает сегодняшняя публикация Андрея ГРЯЗНОВА.
К ноябрю 1948 года цех «Шахтстрой» завершил сооружение поверхностного комплекса шахты №15, который расположился на северо-восточном мысе горы Шмидта (отсюда и первоначальное название шахты – «Северная»). Место выбрали не случайно – предположительно здесь группа геологов под руководством Николая Урванцева в 1920 году сделала один из первых шурфов, чтобы обнажить из-под слоя породы выходы угольных пластов. Площадка комплекса находится на крутом склоне на высоте более 300 метров над уровнем города. Казалось бы, невозможно построить здесь что-то без специальной техники, но для гулаговской страны в те годы не существовало слов «нельзя» и «невозможно».
 
«Северная», она же передовая
Первыми шахтерами, равно как и строителями, были узники Норильлага – они спускались под землю, не имея ни опыта, ни представлений о подземных работах. Хотя «спускались» – немного некорректное выражение. В норильские шахты не спускались, а поднимались! До входа в устье шахты №15 надо было преодолеть 1575 ступенек вверх по склону горы Шмидта. После подъема следовало пройти еще несколько сотен метров до рабочего участка, так как механической доставки людей тогда не существовало.
Жили заключенные практически там же, где и работали. Первое лагерное отделение, больше известное как поселок Угольный, находилось в том месте, где сейчас стоит управление рудника «Заполярный». Отделение обеспечивало рабочей силой шахты №11, 13 и 15.
«Северная» всегда была хорошо оснащена. Проходку вели как ручными пневматическими отбойными молотками, так и специализированными врубовыми машинами. Это одна из первых шахт, где применили канатную откатку. Ролики, лебедка и пульт управления сохранились до сих пор. Позже были проведены троллеи контактной сети – на подъездных путях стали работать электровозы.
В 1949 году построили ленточный конвейер, протянувшийся от шахтных бункеров прямиком к центральной углесортировке, что позволило значительно ускорить отгрузку сырья. На широком отвале породы в 1951 году построена общая котельная шахт №13 и 15. Уголь к ней подвозился в вагонетках прямо из шахты по отдельному пути.
В 1956 году проходчики шахты №15 первыми в Норильске применили штанговое крепление кровли вместо деревянного. Памятным стал и 1959 год. Приказом директора комбината Владимира Дроздова №369 от 22 июля каждому руднику и шахте присвоили название. Шахта №15, ранее известная как «Северная», стала именоваться «Норильской». Предприятие тогда возглавлял Виктор Новоселов, главным инженером был Николай Левченко.
 
Вывозили… горы
Шестидесятые годы – пик развития угольной промышленности Норильска. Ежедневно добывалось свыше семи тысяч тонн угля. На шахтах №15 «Норильская» и №16/18 «Кайеркан-Новая» успешно применяются механизированные комплексы и комбайны. Растет скорость проходки и объемы добычи, снижается себестоимость угля. Основным его потребителем остается энергетика – 65,3%. На втором месте металлургические заводы – 7,3%. Примерно такое же количество угля идет на вывоз – 7,8%. Но к середине 60-х
плавка уже зависит не столько от кокса, сколько от электричества. Закрывается второй коксохимический завод, в его корпусах начинает работать газосепараторная станция. А в 1966 году на смену углю на комбинат пришел газ. Более дешевое топливо, обладающее к тому же большей теплоотдачей. С этого года начался закат угольной эпохи.
В июне 1970 года  газ Мессояхи подали на медный завод, затем на никелевый, позднее – в Талнах. На предприятиях комбината и в городе проводились «антиугольные субботники», во время которых вывозили горы накопившейся угольной пыли. Рассказывают, что только в плавильном цехе никелевого завода угольные насыпи были такими огромными, что с их вершин крановщики спокойно садились в кабины кранов.
За ненадобностью угольные шахты закрывались и консервировались, а бригады шахтеров переквалифицировались в строителей, энергетиков и металлургов. В июле 1970 года закрылся «Угольный ручей». Спустя полгода прекратила свою работу и шахта №15 «Норильская». К 1974 году все оборудование было демонтировано, штольни замурованы, а шахта окончательно закрылась.
 
Незваные гости
Так уж у нас заведено, что историю изучают по фотографиям, книгам и музейным документам, а не по сохраненным реликвиям и артефактам. Примеров тому множество. И шахтный комплекс горы Шмидта – один из них. За 40 лет запустения строения сильно обветшали, многие из них частично или полностью разрушены. Да и сама гора с каждым годом стремится «поглотить» все больше и больше – стены помещений не выдерживают и проседают под тяжестью надвигающейся породы.
Не только время способствует разрушению – незарастающая «народная тропа» ведет сюда и мальчишек, желающих забраться на окутанную мифами гору Шмидта, и разномастных вандалов да охотников за цветным металлом. Практически каждое лето наблюдаю в районе шахты №15 дымящие черным смрадом костры – это бомжи выносят из шахт последние куски кабеля, дабы обжечь с них изоляцию и сдать в пункт приема металлолома. Есть на моей памяти один курьезный факт попытки «кражи» цветмета: при осмотре обнаружил ротор электродвигателя с медной обмоткой из толстых стержней, на которых имелось несколько глубоких пропилов. Видимо, охотник не отличался терпением, раз бросил свою «жертву». Либо детище советского «электромаша» оказалось выносливым.
 
Перед пуском дай сигнал
Мы с товарищами не интересуемся тем, что плохо лежит. Целью нашего похода стало изучение внутреннего состояния шахты №15.
Первым делом осматриваем надшахтное здание. В правом крыле вдоль длинного коридора тянутся помещения мастерских, инструментальных и складов. От левого крыла остались только стены, да и те наполовину разрушены. Кровля лежит на полу, из-под завала тянутся рельсы узкоколейки. Делая резкий поворот, они уходят в распахнутые створы устья шахты №15. Наблюдая эту картину, представляешь себе, как когда-то отсюда выезжали вагонетки с углем, работали люди.
Входим в шахту. После ослепляющего снега на улице в скрадывающих любой свет серых бетонных стенах ничего не видно. Даже яркий луч фонаря кажется блеклым, еле заметным пятном. Стоим минуты две – глаза постепенно привыкают к темноте. Осматриваемся. Под ногами помимо путей много кирпичной крошки и досок. Вдоль стен лежит несколько металлических крепежных штанг – такие же применяли в 1956 году взамен устаревшего крепления деревянными окладами. Через трещины в бетонном своде летом сочится вода, зимой она превращается в длинные толстые сосульки.
Продвигаемся дальше. Через несколько метров перед нами встает кирпичная стена – после закрытия угольных шахт в 70-х годах все устья были заложены кирпичом. Но, как оказалось, даже эта преграда не остановила «цветметщиков». С помощью ломов и кувалд они умудрились проделать большое отверстие в 80-сантиметровой стене! Через эту лазейку в течение многих лет продолжают выносить из шахты последние уцелевшие метры электрических кабелей. Что ж, для проникновения внутрь воспользуемся этим лазом и мы.
Сразу же за кирпичной кладкой начинается наледь, образовавшаяся из сочащихся сквозь породу вод. Хотя сейчас и мороз, внутри шахты чувствуется сырость, заметно легкое испарение. Стены и кровля покрыты огромными, величиной с кулак, ледяными кристаллами. Бетонная облицовка устья сменяется обычным деревянным креплением вплотную. Верхние балки слегка просели под напором многотонной горной массы.  Рельсы узкоколейки, по которым когда-то выдавали на-гора тысячи тонн угля, отсутствуют, хотя шпалы остались. Зачем их снимать отсюда, если снаружи шахты, перед кирпичной кладкой, они есть?
Справа в стене замечаем небольшую выемку. В ней обустроена скамейка. Две таблички над ней сообщают: «Код сигналов грузового подъема» и призывают: «Перед пуском дай сигнал». Наверное, здесь находился сигнальщик, по командам которого машинист подъема управлял лебедкой канатной откатки.
Далее шахта резко сужается, образуя выступающий угол. Его крепления частично разрушились – видны нависающие породы. После сужения идет крепление окладами – расстояние между балками примерно 20–30 сантиметров. Слева на стене виден ряд крюков и изоляторов – на них раньше пролегали кабели. Сейчас здесь лишь бездонная пустота, которую ощущаешь всем естеством.
 
Да что там Запад!
Света фонаря хватает метров на пять. Приходится постоянно вглядываться. Но вот из темноты появляется препятствие – очередная «кладка», на этот раз деревянная. Жаждущие наживы охотники за цветным металлом частично разобрали и ее. Дальше идти мы не решились. Могу предположить, что чистая, не заваленная выработка шахты тянется еще как минимум на сотню метров. Всего же, по данным на 1951 год, в шахте №15 было пройдено около двух километров горных выработок.
Мы обследовали каких-то 70–80 метров шахты, но какие впечатления получили! Это и неосознанный страх, перемежающийся с ощущением «чего-то», что вот-вот выскочит из черной бездны, и восторг от красоты переливающихся в свете фонаря снежных кристаллов. Но самое главное – это возможность вживую прикоснуться к истории! Ведь эти стены были свидетелями многих событий, не только производственных, но и личных. Да и сами эти стены – уже история! Которая нам не нужна?
Возникает резонный вопрос: почему мы не можем по примеру Запада сохранить исторические места в надлежащем состоянии? Почему не можем воспользоваться потенциалом этих объектов? Да что там Запад! В соседней с Норильском Игарке на базе мерзлотной станции, работающей с 1930-х годов, создан Музей вечной мерзлоты. В толще этой самой мерзлоты выбили шахту с подземными залами и многометровыми коридорами. Туда экскурсоводы приглашают посетителей музея.
Так почему бы не водить экскурсии на шахту №15? Восстановить те самые 1575 ступенек, провести смотровые помосты, обустроить витрины и экспозиции, демонстрирующие каторжный труд первых шахтеров, – и вот готова увлекательнейшая экскурсия, позволяющая увидеть, как все начиналось! Среди молодого поколения найдется достаточно желающих совершить такое экстремальное путешествие!
Внутри шахты
Врубовая машина
0

Читайте также в этом номере:

Груз ответственности (Сергей МОГЛОВЕЦ)
К логопеду – бесплатно (Екатерина СТЕПАНОВА)
Горсправка
Поиск
Таймырский телеграф
Норильск