Понедельник,
24 июня 2019 года
№6 (4675)
Заполярный Вестник
«Легендарный» матч Далее
Бесконечная красота Поморья Далее
Экстрим по душе Далее
С мечом в руках Далее
Лента новостей
15:00 Любители косплея провели фестиваль GeekOn в Норильске
14:10 Региональный оператор не может вывезти мусор из поселков Таймыра
14:05 На предприятиях Заполярного филиала «Норникеля» зажигают елки
13:25 В Публичной библиотеке начали монтировать выставку «Книга Севера»
13:05 В 2020 году на Таймыре планируется рост налоговых и неналоговых доходов
Все новости
Кровный интерес
ЗДРАВПУНКТ
3 августа 2010 года, 11:50
Фото: Николай ЩИПКО
Текст: Ольга ЛИТВИНЕНКО
В Норильске регулярно сдают кровь для нужд медицины 2,5 тысячи горожан. Многие из них являются почетными донорами. О тонкостях и некоторых секретах современной трансфузиологии “ЗВ” рассказал  главный врач Норильской станции переливания крови Алексей Пузовик.
За последние 15 лет трансфузиология совершила настоящий прорыв. Теперь на смену переливанию цельной крови пришла так называемая компонентная терапия. Это позволило максимально исключить нежелательные последствия переливания, которое только на первый взгляд кажется простой процедурой, а на самом деле чревато серьезными осложнениями.
Одно из самых опасных осложнений переливания – острый гемолиз, когда эритроциты донора в крови реципиента разрушаются из-за несовместимости антигенов, обломки кровяных клеток забивают почки, этот “фильтр” перестает работать, и человек может умереть от интоксикации, то есть накопления в крови продуктов жизнедеятельности организма.
– Медики убедились, что переливание компонентов крови значительно снижает риск осложнений при переливании, – говорит Алексей Пузовик. – Поэтому сейчас во всем мире донорскую кровь делят на компоненты. Это называется компонентной терапией трансфузиологическими средами. Допустим, если нужно восполнить у человека кислородонесущую функцию крови, ему переливают эритроциты, или так называемую эритромассу. Она обеднена лейкоцитами и тромбоцитами. Зачем перегружать кровь реципиента клетками, вызывать ее сгущение и излишнюю иммунизацию организма?
Кроме эритромассы на Норильской станции переливания крови (с 2006 года она перешла в краевое подчинение и называется краевым центром крови №2) заготавливают плазму и тромбоциты.
– Если у человека большая кровопотеря, ему вовсе не обязательно переливать цельную кровь, – поясняет Алексей Пузовик. – Объем циркулирующей крови восполняется прежде всего плазмой. Переливая плазму, мы снижаем риск образования тромбов.  Тромбоцитарная масса нужна, когда необходимо повысить свертываемость крови. А вот больным гемофилией вливают криопреципитат. Это осадок, получаемый при размораживании плазмы особым образом, он чрезвычайно богат свертывающим фактором. Ведь у гемофиликов на самом деле в крови достаточно тромбоцитов, но не хватает фактора в плазме крове, который является пусковым механизмом для свертывания. Это достаточно сложный процесс, и нет смысла описывать его в газете. Надо просто понимать, что кровь – это сложная многокомпонентная взвесь, которая выполняет в организме человека множество функций.
Процедуру плазмофереза (когда у донора берут кровь, выделяют из нее плазму, а клетки крови возвращают в кровеносное русло) организм переносит легче, чем обычную кроводачу, ведь ему не надо затрачивать усилия на выращивание новых кровяных клеток.
– В принципе кровь восстанавливается через месяц после кроводачи, – продолжает Алексей Пузовик. – Но в ней еще много молодых эритроцитов, а это значит, что костный мозг, который продуцирует клетки крови, еще активен. Поэтому цельную кровь донор может сдавать не чаще одного раза в два месяца.  
 
Загадочная субстанция
История переливания крови насчитывает более трех веков. Однако трансфузиология продолжает совершать открытия, переворачивающие привычные представления о такой, казалось бы, изученной биологической субстанции, как кровь. Например, сейчас ее делят не просто на группы, а на фенотипы.
– Деление на четыре группы считается достаточно грубым, – говорит Алексей Пузовик. – Ведь, даже если человеку перелить кровь его группы и резус-фактора, могут быть осложнения, гиперответ организма на, по сути, чужеродное тело. Потому что каждая из четырех групп крови отличается по фенотипу, то есть по совокупному набору многих признаков, приобретенных человеком наследственно и в результате индивидуального развития. Иными словами, фенотип крови – это индивидуальный набор находящихся в ней антител и антигенов.
Австрийский врач, иммунолог Карл Ландштейнер, получивший в 1930 году Нобелевскую премию за открытие групп крови (тогда пока трех, четвертую открыли позже), в свое время предположил, что ученые будут находить новые антигены в крови человека до тех пор, пока не обнаружится, что на Земле нет двух абсолютно идентичных видов крови. Похоже, это предположение подтверждается.
– Имея в запасе по 10–12 пакетов одной группы крови, даже самой редкой – четвертой отрицательной, нам иногда приходится срочно вызывать донора для кроводачи, – объясняет мой собеседник. – Именно потому, что в больницу, допустим, поступает человек с особенным фенотипом. Я бы хотел назвать доноров, которые неоднократно сдавали кровь по экстренному вызову. Это Инна Ратушняк, Роман Бутенко, Олеся Абраменко, Тамара Чепурнова, Андрей Львов и Елена Потапенко.
Сейчас наука пришла к разделению крови на компоненты (а на Западе уже фракционируют и плазму) и к фенотипированию. А ведь еще в 80-е годы кровь переливали чуть ли не как витамины. В историях болезни даже была формулировка “с питательной целью”.
– Это было очень рискованное “питание”, – продолжает Алексей Пузовик. –  К примеру, сейчас мы знаем, что есть такая особенность крови, как ослабленные антитела. Кровь с такими антителами так и называют – ослабленная первой группы или ослабленная второй и так далее. Если реципиенту с ослабленной группой перелить донорскую кровь его же группы, но с нормальным, сильным антигеном, возможна неадекватная реакция организма вплоть до смертельного исхода.
Идеальный вариант переливания – когда человеку вливают его собственную кровь. Такую процедуру практикуют, например, в родильных домах, где заранее заготавливают кровь для будущих мам на случай осложнений при родах.
– Аутодонорство сводит риск осложнений при переливании практически к нулю, – говорит Алексей Пузовик, – и его можно было бы широко использовать, например в силовых структурах. Но проблема в том, что кровь сложно сохранить даже в лучших современных пакетах. Например, сейчас благодаря специальным растворам эритромасса может храниться максимум 42 дня (раньше хранилась  вообще 12), потом эритроциты необратимо зашлаковываются в бескислородном пространстве собственными токсинами. Кроме того, есть люди, у которых кровь не возьмешь, те же гемофилики.
 
Дарит себя донор
Стать донором сегодня может далеко не каждый вроде бы вполне здоровый человек – современные требования к качеству крови слишком высоки. Существуют десятки противопоказаний к донорству.
Вообще, доноры считаются самой здоровой частью населения не только потому, что их кровь прошла тщательное исследование. Например, при большой кровопотере (во время какой-нибудь аварии), когда обычный человек лежит в обмороке, донор может оставаться в сознании и способен оказать помощь себе и другим.
– Когда донор сдает кровь, он получает тренировочный стресс для организма, – поясняет этот факт Алексей Пузовик.  – Ведь кроводача – это по сути та же кровопотеря, только под присмотром персонала. Доноры и простуду переносят легче, потому что у них лучше иммунитет – кроветворные органы регулярно активно работают.
В год на станции переливания крови заготавливают больше 4000 литров этой ценной жидкости. Ежемесячно больницы и поликлиники города заказывают десятки литров эволта (так медики сокращенно называют эритроцитную взвесь, обедненную лейкоцитами), плазмы и других компонентов крови. Без них  невозможны многие хирургические операции, а люди с некоторыми заболеваниями нуждаются в препаратах крови пожизненно. Поэтому пользу, которую приносят доноры, невозможно переоценить.
Хотя Алексей Пузовик отмечает, что было время, когда служба крови в стране едва не рухнула: не было финансирования, резко сократилось число доноров. Сейчас их меньше по сравнению с 80-ми годами, но больше по сравнению с 90-ми. Число доноров на тысячу населения в России в 1999 году составляло 15,1, в то время как (по рекомендациям Совета Европы) для самообеспечения страны кровью и ее компонентами надо иметь 40–60 доноров на тысячу населения. В Европе этот показатель сейчас в среднем оставляет 40,2, в Норильске – 46,8.
– Сложно сказать, из альтруистических соображений кто-то становится донором или ради льгот, – отвечает на мой вопрос Алексей Пузовик. – Но наших доноров ведь тоже коснулась монетизация. Раньше им были гарантированы бесплатный проезд в муниципальном транспорте, 50% оплаты жилищно-коммунальных услуг, бесплатное протезирование зубов. А сейчас – 9 тысяч рублей в год. Тем не менее доноры есть, и многие из них приходят сдавать кровь, что называется, просто так. Хотя в развитых странах среди доноров больше альтруистов. Но там и отношение к донорству другое. Оно вообще – лакмусовая бумажка, которая сразу показывает степень благополучия общества и его человечности.
Кровь сдают утром, потому что доказано: именно в утренние часы организм легче переносит кровопотерю
Кровь донора проходит тщательный анализ
За один раз донор сдает от 300 до 400 мл крови – в зависимости от самочувствия и показаний
Благодаря специальным растворам и современным контейнерам эритромасса может храниться 42 дня
0
Горсправка
Поиск
Таймырский телеграф
Норильск