Понедельник,
24 июня 2019 года
№6 (4675)
Заполярный Вестник
Бесконечная красота Поморья Далее
Гуд кёрлинг! Далее
«Легендарный» матч Далее
Экстрим по душе Далее
Лента новостей
08:05 Ринат Ахметчин: «Сотрудничество с зимними городами будет способствовать качественным преобразованиям в Норильске»
06:25 В Норильск прилетели участники международного культурного проекта FusioNNow
14:05 В Норильской драме идет работа над «Снежной королевой»
13:30 Участники проекта FusioNNow предлагают всему миру утепляться
10:30 Билеты на концерт Дениса Мацуева в Норильске распроданы за несколько часов
Все новости
В непогоду затруднительна ходьба
Специальный репортаж
11 ноября 2010 года, 16:43
Фото: Денис КОЖЕВНИКОВ
Текст: Лариса ФЕДИШИНА
“Спуститесь сюда, по этой тропинке лучше идти”, – заботливая женщина в пестрой шубке протягивает мне руку. Стараюсь не сильно на нее опираться, чтобы не упасть вместе с попутчицей, и спускаюсь с образовавшейся на тротуаре горки в низину. Я иду в травмпункт и хочу добраться в целости и сохранности. Моя задача – стать не пациентом, а несколько часов подежурить вместе с травматологами.
Погода в России – вечная беда. Летом даже в Сибири вдруг начинается жара, как на экваторе, а на исходе календарной осени за Полярным кругом случается дождь. Как в Норильске 7 ноября.
 
Гололед – такая гадость
Никто не сомневался, что через день-другой непременно подморозит и мокрый снег сложится в обледеневшие бугорки и кочки, а вода в равнинах превратится в каток. В такую погоду мне всегда вспоминается песня Вероники Долиной: “Гололед – такая гадость, неизбежная зимой. Осторожно, моя радость, говорю себе самой”. Не то чтобы помогает держать равновесие, просто не так страшно передвигаться, если мурлыкать под нос что-то ободряющее.
В коридоре травмпункта перед кабинетом первичного приема ничего ободряющего я не обнаружила. На скамейке сидела группа людей, ожидающих очереди к травматологу. Из двери кабинета вышла женщина. “Все в порядке, сыночек, – сообщила она по мобильному. – Ногу мне вправили, еду домой”. И надела сапоги на высоченной шпильке.
Еще одна посетительница коротала время телефонным разговором: “Да она сегодня дважды падала на эту руку. Третий раз приземлилась неудачно. Я уже привыкла: старшая у меня сколько раз падала”. Я сочувственно посмотрела на сидящих в очереди детей, стараясь угадать, кому же так не повезло.
На приеме у заведующего травмпунктом Евгения Халистова сидела молодая женщина. Доктор расспрашивал подробности и записывал в карточку, где упала, в какое время, какие ощущения.
Осмотр, рентгеновский снимок, обезболивающее лекарство, назначения на дом, больничный лист – примерно так во вторник вечером проходил каждый прием у дежурного травматолога. Кому-то вместо больничного листа выписывали справку, дающую право на освобождение от занятий в школе или от урока физкультуры, другим документ о временной нетрудоспособности вообще не понадобился.
– Если бы вчера грейдерами во дворах разровняли площадки, бугров и кочек было бы меньше, – говорит Евгений Халистов, когда пациентка, пострадавшая у дома №10 по улице Талнахской, покинула кабинет. – Прошлой ночью, кстати, к нам попало 35 человек. Это в полтора раза больше обычного. А скольких еще по скорой привезли в Оганер… Я только что с коллегами по телефону говорил: у них там работы хватает, – добавляет Евгений Геннадьевич и тут же переключается на очередную пострадавшую от гололеда.
Женщина упала на Зуб-горе несколько часов назад, сильно ударилась лицом. Халистов осматривает, спрашивает, сильно ли болит голова и сообщает пациентке, что ей надо бы лечь в больницу.
– Женя, набери… – он называет какое-то лекарство, и медсестра Евгения Никонова идет в процедурную. Там стерильно, наблюдателей в “процедурку” не пускают. Пока Евгения делает укол женщине, получившей лицевую травму, Халистов просит медсестру Раису Зассееву выписать пациентке направление к нейрохирургу: пострадавшая решила лечиться не в стационаре – амбулаторно. Считает, что за неделю пройдет и сильное головокружение, и следы на лице исчезнут.
В короткую паузу говорим с Евгением Геннадьевичем и Раисой Николаевной о погоде. Медики в голос утверждают, что теплая погода им нравится. Мне тоже нравится, но гололед все портит. У Халистова свои резоны: они с женой занимаются моржеванием, а в такие дни купаться в Долгом – просто красота.  Моржевание и баня очень полезны для тела и души, тем более травматолога. Врач ведь должен быть абсолютно спокоен, чтобы внимательно осмотреть пациента, поставить точный диагноз, назначить действенное лечение.    
А нам, неморжам, как сосредоточиться, чтобы хотя бы в гололед не пострадать? “Технику безопасности соблюдать надо”, – заключает Халистов. По моей просьбе Евгений Геннадьевич дает несколько советов и начинает с неожиданного: “Не думайте о себе плохо. Старайтесь о других людях не думать плохо, тогда вас ничего не достанет. Но это уже высший пилотаж”.
К технике безопасности я вернусь чуть ниже, потому что в кабинет вошла девятилетняя Арина. Та самая девочка, для которой вторник оказался несчастливым днем.
– Я сначала упала, ничего не случилось. А потом мы с подружкой шли, я так и знала, что упаду и что-нибудь сделается. Я еще подумала…
– Зачем же ты себя так настраивала? – спросил доктор.
– Ну, не знаю, я была уверена, что упаду и сильно ударюсь. Теперь я знаю, что такое гололед.
Некоторое время Арине придется походить с лонгетом на правой руке. Гололед!
 
Осторожно, моя радость
Пациенты сменяют один другого. Ангелина Валентиновна шла с работы и возле колледжа искусств упала и повредила локоть. Отделалась ушибом: кости в порядке, констатировал Халистов. Школьница Эльза после тренировки в бассейне решила позаниматься дома с большим мячом. К ужасу мамы, ее гиперактивная дочь ударилась грудью о металлическую табуретку. Рентгеновский снимок показал, что ушиба нет, но на некоторое время Эльзе придется ограничить занятия спортом. Похоже, девочку это медицинское заключение расстроило.
– В теплую погоду люди становятся энергичнее, активнее двигаются, – говорит Халистов. – Хорошо, нынешнее лето в Норильске было холодным, для нас, травматологов, – относительно спокойным.
– Летом, как правило, шить много приходится, – добавляет Раиса Зассеева. – Не люблю жару в Норильске: люди купаются в озерах, травмируются о стекла и ржавое железо, приходится раны зашивать.
Да, с техникой безопасности у нас проблемы. Взять хотя бы сорокатрехлетнего Евгения. Помогал жене по дому, уронил на ногу вазу. Сломал палец. Придется некоторое время провести в гипсе. Одиннадцатилетнего Максима ударил по голове оборвавшийся спортивный канат. Немаленькая шишка на затылке образовалась. Бытовую травму получила и домохозяйка Елена: ударилась об угол шкафа. Но в целом, по мнению медиков, вечер выдался спокойный.
Как говорит Халистов, жизнь людей немножко развернула: рабочими местами дорожить стали, по будням не напиваются так, чтобы в травмпункт попасть. Это уже ночью с пятницы на субботу пойдут пациенты с челюстными травмами и другими серьезными повреждениями. Работы прибавится и экстренной травматологии, и стоматологам в соседнем кабинете. Туда, разумеется, я тоже заглянула и, увидев одного пациента в кресле и пустой коридор, поняла: действительно тихий вечер выдался. В дневную смену коллеги Халистова приняли 48 пациентов. С 20.00 до 23.00 врач и медсестры отработали 11 обращений.
Одно мне запомнилось особенно. Молодую женщину привел муж. Самостоятельно передвигаться она не могла, пришлось посадить пострадавшую в кресло-каталку.
 
А пандуса нет
История простая: сестра позвонила, что ее ребенку срочно нужно купить лекарство. Родственники вызвались помочь, собрались в аптеку, а возле их дома оказалось очень скользко. Наша пострадавшая второпях этого не заметила и получила неполный перелом правого голеностопа. Ей наложили гипс. Примерно на пять-шесть недель.
Супруг пострадавшей вызвал такси, чтобы увезти жену домой, но до такси допрыгать молодой женщине наверняка было нелегко. Что уж говорить о пожилых людях: возле травмпункта даже пандуса нет, по которому можно вывезти кресло-каталку.
Тут, наверное, уместно вернуться к разговору с Евгением Халистовым о технике безопасности. Советы доктора не новы, и все же они нелишни. Чтобы снизить риск травматизма своих детей, держите их постоянно под контролем. И на улице, и дома. Неважно, сколько лет ребенку: шесть или шестнадцать. За подростками тоже нужен глаз да глаз.
Женщинам не стоит надевать обувь на высоких и неудобных каблуках, тем более в гололед. А мужчинам надо осторожнее обращаться с алкоголем: уж если перебрал, лучше вызови такси, до дома довезут. И еще один старый, проверенный способ обезопасить себя: на скользкую подошву наклейте хотя бы лейкопластырь. Нередко эта мера предосторожности очень выручает.
…К полуночи количество заполненных карточек на столе у врача выросло до четырнадцати. Еще двух пациентов, стремившихся попасть на прием немедленно, а не как указано в талоне, пришлось отправить домой. Одному подвыпившему мужчине поправили слетевшую повязку, наложенную на место ожога, и объяснили, что завтра врач сделает ему отметку о нарушении больничного режима. Общение со вторым нетрезвым посетителем ограничили внушением.
Мужчины оказались неагрессивными, обещали впредь не напиваться и ушли восвояси. А вот несколько дней назад другой сильно нетрезвый гражданин оставил качественную вмятину на двери медицинского кабинета: не понравилось пациенту, что травматолог отправил его на рентген. Впрочем, в таких случаях на выручку приходит охранник, работающий в травмпункте. Но, пожалуй, к его услугам лучше не прибегать.  
Пришлось “вызывать” кресло-каталку
Ушиба, к счастью, нет
Евгения Никонова понимает, что пациентке больно
Гололед и его последствия
0

Читайте также в этом номере:

Звезда и много света (Ольга ПОЛЯНСКАЯ)
По тонкому льду (Сергей МОГЛОВЕЦ)
Невидимый авангард (Александр СЕМЧЕНКОВ)
Горсправка
Поиск
Таймырский телеграф
Норильск