Понедельник,
24 июня 2019 года
№6 (4675)
Заполярный Вестник
Бесконечная красота Поморья Далее
В четвертом поколении Далее
Экстрим по душе Далее
«Легендарный» матч Далее
Лента новостей
09:05 Кинокомплекс «Родина» открывает новый сезон проекта «Мировое искусство на большом экране»
09:05 Андрей Вульф научит норильчан практикам ведения социальных сетей
13:55 Таймырцы выступят на IV Фестивале Русского географического общества
13:20 Норильский Заполярный театр драмы представляет в Москве свои спектакли
12:05 Энергетики Норильска отлаживают системы отопления в городских домах
Все новости
Хранитель мамонтов
НОРИЛЬСК В ИСТОРИИ. ИСТОРИЯ В НОРИЛЬСКЕ
21 августа 2014 года, 14:51
Фото: Николай ЩИПКО
Текст: Лариса ФЕДИШИНА
Наверное, он все же должен был стать музейным работником. Московский мальчик Володя ЛАРИН в музеи начал ходить намного раньше, чем в школу. Изумительный, говорит, был палеонтологический музей, тот, старый, что располагался на Ленинском проспекте. Фантастическим называет зоологический музей… В Норильске выпускник МГУ зоолог Владимир Ларин подружился с Музеем истории промрайона еще при Арсении Ивановиче Башкирове, когда экспонаты учреждения умещались в одной комнате Дома техники.
– Я в музей приходил как посетитель, потом меня стали приглашать для консультаций как специалиста, случалось быть дарителем. Теперь я здесь работаю, – обозначает Ларин “эволюционный путь” к должности старшего научного сотрудника Музея истории освоения и развития НПР. Коллеги говорят, что благодаря Владимиру Владимировичу палеонтологическое собрание заметно пополнилось и стало гораздо интереснее. Он умеет подать материал.
Что в земле лежало
Первая находка на Таймыре, к которой Ларин имеет отношение, датирована 1979 годом. Тогда с группой ученых Института сельского хозяйства Крайнего Севера молодой специалист Владимир Ларин был определен на биостационар на реке Бикаде, где жили присланные к нам из Канады овцебыки. В первые дни экспедиции коллега Ларина Виктор Коптев нашел зуб мамонта. Потом и самому Владимиру Владимировичу не один десяток раз посчастливилось обнаружить что-то интересное.
– Довольно много находок мне попало в руки в период работы в заповеднике “Путоранский”, – рассказывает Ларин. – Все это было передано в музей, где таким вещам и положено находиться. Себя коллекционером не считаю – я больше бюрократ. Толк от такого собрания есть, когда существует государственный подход. По-настоящему значимые, важные для науки и образования предметы должны храниться в государевых учреждениях.
Палеонтологическая коллекция не самое главное собрание в Музее истории освоения и развития НПР. Думаю, что все эти бивни, плечевые кости, позвонки и части лопатки ископаемых животных в Норильске по-настоящему интересны единицам. Но таких единиц становится больше, после того как они услышат рассказы Владимира Ларина, которому давно хотелось, чтобы в городском музее более разнообразно и емко была представлена естественная история. И конечно, мамонты.
– Случай двухнедельной давности. Мы с хранителями музейных коллекций приезжаем в Талнахский филиал, и сотрудники показывают нам кость. Смотрю: чудесная лодыжка мамонта, – говорит Владимир Владимирович. – Забираем ее на описание и обработку.
Пока документальное сопровождение будущего экспоната музея короткое: норильчанин, работник ЦАТК, нашел кость на хвостохранилище. Ларин занят научным описанием предмета. И еще одной находки: в прошлом году экскаваторщик принес в экологическую гостиную дирекции заповедников Таймыра на Талнахскую, 22, кусок бедренной кости мамонта.
– Чем дольше кость находится в земле, тем больше она минерализуется. Более древние образцы темнее и тяжелее, чем более молодые, – поясняет старший научный сотрудник. – Процесс минерализации не так глубоко их затронул. Многие кости погрызены хищниками. Можно определить, кто это был – песец или росомаха. Иногда кости имеют повреждения неприродного характера, то есть тронуты человеком.
Это уже очень интересно, однако собеседник не дает разыграться моей фантазии:
– Чтобы не наделать сверхсумасшедших открытий, надо очень осторожно строить предположения. Тем более что каменный век на Таймыре крайне слабо изучен.
С мамонтами,  говорит Владимир Ларин, вообще сложная история. То, что появляется из мерзлоты, желательно максимально быстро обнаружить, зафиксировать, изучить. Как произошло с мамонтом Женей, найденным на Таймыре в позапрошлом году.
Если бы оперативно его не прибрали, собаки сожрали бы эту уникальную находку, и осталась бы от Жени пара-тройка косточек. К счастью, ученые быстро сориентировались и – надо отдать должное компании “Норильский никель” – были оперативно выделены деньги на вертолет, и экспедиция состоялась. Если этот экземпляр вернется из Питера на Таймыр после обработки, наш район получит суперсенсационный экспонат, убежден мой собеседник. Мамонт Женя – самый уникальный из найденных за последние сто лет.
О его собратьях Владимир Владимирович говорит как о живых существах, в настоящем времени. – Мамонт – это модернизированный мохнатенький индийский слон. Более мирный, более круглый, и уши поменьше. Животное имеет великолепную защиту от холода – горб. Древние художники на своих рисунках изображали нечто треугольное на спине этого гиганта, но ученые не были уверены, что это именно горб. Теперь совершенно ясно: у мамонтов, как у верблюдов, он есть. То есть был горб, наполненный жиром. Мамонтенок Женя подтвердил эту гипотезу.
В полный рост
Уже несколько дней в кабинете сотрудников культурно-образовательного отдела, где мы разговариваем о жизни на Таймыре сорок тысяч лет назад, обитает “младший брат” и тезка мамонтенка Жени. Он, как и два других милейших представителя северных видов – овцебык Гришка и носорог Наташка, сшит золотыми руками Елены Сотниковой. Несмотря на то что эти образцы сделаны специально для детей – их можно трогать, с ними можно играть, – Ларин категорически запрещает называть их игрушками. Это, говорит, высокохудожественные муляжи. В начале сентября Музей НПР представит новый образовательный проект, получивший поддержку в рамках грантовой программы “Норильского никеля” – “Nаше будущее – Nаша ответственность”. Идея, которую с восторгом приняли, принадлежит заведующей культурно-образовательным отделом Лидии Щипко. Над проектом с удовольствием работали несколько сотрудников музея.
– А вы не собираетесь предложить свою идею, может быть, какую-то выставку вне плана? – интересуюсь у Владимира Владимировича.
– Наш директор Светлана Георгиевна Слесарева – очень демократичный человек в отношении творчества. При этом очень хваткий. Если идея выигрышна и на пользу ее любимому музею, – стоит она в плане, не стоит – Слесарева мгновенно ее подхватит. Так что в этом смысле я не вижу препятствий. Что-то, конечно, может отложить или не принять – это право директора.
Значит, идея у Ларина все-таки есть? Да, маленький мегапроект, говорит он и выходит в зал для занятий прикладным творчеством, показывает стену, которую можно использовать для проекта, садится за стол и рисует. Мамонта, конечно: глаз, ухо, бивень.
– Разумеется, он у нас мохнатый должен быть, – комментирует рисовальщик и карандашом накидывает на фигуру негустой слой шерсти. – Внутри мы ему нарисуем скелет. Так вот будет лопатка, вот одна косточка, другая. Идею понимаете?
– Все это должно быть настоящим?
– Да! Потом мы прямо на стену его монтируем. Закрепим бронзовыми кольцами. Что тут сложного при знании предмета и при том, что все необходимое под рукой, – говорит Ларин. – Придется, конечно, повозиться зиму. Зато будем иметь мамонта в полный рост. Если идею одобрит руководство.
Лавка древностей
Под впечатлением от открывающихся возможностей иду за Владимиром Владимировичем в хранилище, где представлен не только мамонтовый фаунистический комплекс, но и более древние экспонаты – окаменелости морей Таймыра.
Взгляд сразу цепляется за что-то круглое, по цвету похожее на кусок руды, только непривычной конфигурации и консистенции. Это, поясняет Ларин, песчаная конкреция древнего моря. Внутри – Владимир Владимирович складывает две половины необычного предмета – оставила след древняя зверушка.
Еще один удивительный экземпляр – амонит, головоногий моллюск. Самый близкий его и понятный нам родственник – кальмар. Остатки морских раковин, окаменевших миллионы лет назад.
Из интересного Ларин рекомендует череп ископаемой лошади без передних зубов, он обработан по специальной технологии, и кажется, что покрыт лаком. На соседней полке лежит позвоночник мамонта, судя по всему, очень тяжелый, но его так хочется взять в руки и почувствовать, что же это за гигант гулял по нашей земле.
Еще один образец, вроде кость, похож на Зуб-гору.
– Это ее прототип, – серьезно говорит мой гид и добавляет, что сей образец есть зуб мамонта. Вот он – сидит в челюсти, показывает Владимир Владимирович еще один солидный экспонат и объясняет про строение жевательного аппарата у хоботных.
В углу, укутанные как герой фильма про мумию, уложены бивни мамонта – находка тех лет, когда в Норильске рыли котлованы под первые дома в центре города.
Чтобы это было интересно большинству, экспонаты надо подавать, убежден старший научный сотрудник Ларин. Например, как на выставке “Территория”, которая уже десять лет неизменно привлекает внимание и взрослых, и детей. Или эксклюзивными экскурсиями в хранилища, какие организовали сотрудники в майскую “Музейную ночь”.
– Очень понравилась норильчанам экскурсия, которую мы проводили со Снежаной Негореловой, главным хранителем музея. Ко мне в палеонтологию водили, этнографическое собрание показывали. А ведь технически непросто запустить людей не в экспозиционный зал, да еще отобрать адекватных, чтобы руками не хватали экспонаты, не фотографировали, где нельзя это делать, – рассуждает Владимир Ларин. – Очень серьезные материальные ценности хранятся в музее, тут либеральничать неуместно.
Люди, увидевшие уникальные предметы из коллекции, были счастливы, но нашлось и немало возмущенных посетителей, кому не повезло. Руководству Музея НПР пришлось пойти навстречу норильчанам, и Снежана Алиевна и Владимир Владимирович  повторили экскурсию в хранилища для нескольких групп, которые не попали туда в “Музейную ночь” и специально пришли на следующий день.
Сейчас многие музеи открывают хранилища для посетителей, это направление очень востребованно. Может быть, к 75-летию Музея истории освоения и развития НПР юбиляры еще раз сделают подарок норильчанам. Тем более что собрание музея постоянно пополняется.
0

Читайте также в этом номере:

Союзники в Арктике (Вера КАЛАБЕКОВА)
Северу нужны программы (Татьяна РЫЧКОВА)
Концепция меняется (Виктор ЦАРЕВ)
Никелевый отвечает (Инна ШИМОЛИНА)
Рабочая закалка (Лариса ФЕДИШИНА)
Запчасти не проблема (Инна ШИМОЛИНА)
Зеленый патруль на экологической тропе (Татьяна ХВОСТОВА, руководитель проекта и туристско-краеведческого клуба “Аян”)
Уроки нынешнего лета (Лариса ФЕДИШИНА)
Скоро будет тепло (Лариса МИХАЙЛОВА)
Вместе с частной медициной (Татьяна ЕРМОЛАЕВА)
Ночью в озеро упал НЛО (Татьяна ЕРМОЛАЕВА)
Дорога памяти (Юлия ГУБЕЛАДЗЕ)
Лето – тошевская жизнь (Андрей ДУСТИМОВ)
В галерее сошлись “Одноклассники” (Виктория РАЗВОДОВСКАЯ)
Бисер умиротворения (Юлия ГУБЕЛАДЗЕ)
Горсправка
Поиск
Таймырский телеграф
Норильск