Понедельник,
24 июня 2019 года
№6 (4675)
Заполярный Вестник
С мечом в руках Далее
Экстрим по душе Далее
Бесконечная красота Поморья Далее
«Легендарный» матч Далее
Лента новостей
15:00 Любители косплея провели фестиваль GeekOn в Норильске
14:10 Региональный оператор не может вывезти мусор из поселков Таймыра
14:05 На предприятиях Заполярного филиала «Норникеля» зажигают елки
13:25 В Публичной библиотеке начали монтировать выставку «Книга Севера»
13:05 В 2020 году на Таймыре планируется рост налоговых и неналоговых доходов
Все новости
Не услуги, а творчество
С норильском связанные судьбы
7 ноября 2014 года, 15:42
Текст: Валентин ПЕТРОВ
Полвека назад в Советском Союзе вышел указ, снимавший обвинения с выселенных из Поволжья после начала Великой Отечественной войны немцев. Одному из таких спецпереселенцев Норильск обязан своим золотым временем, когда в город стремились попасть выпускники самых престижных вузов, а попав, укоренялись и уезжали, как правило, уже в статусе пенсионеров.
Указ застал Александра Горра в Норильске, куда он был переведен из Дудинской конторы на должность главного бухгалтера управления торговли комбината. К этому времени стаж работы на Севере у 36-летнего бывшего спецпереселенца насчитывал два десятилетия.
Жизнь уберегла
На постоянную работу в совхозе юноша был оформлен после окончания 7-го класса школы в Потапово. Этому предшествовал арест отца в 1937-м, досрочное освобождение и спецпереселение семьи под сибирский город Канск. Откуда старшего Горра отправят в трудармию на шахты Кузбасса, а мать и сына – на Север. Поездом до Красноярска, а оттуда переполненным пароходом вниз по Енисею.
– 12 сентября 1942 года нашу группу высадили на берег Енисея в станке Потапово, – писал в своих воспоминаниях перебравшийся в Подмосковье почетный гражданин Таймыра Александр Горр. – Холодный осенний день, моросил мелкий дождь. Впервые увидели чумы с местным населением. Удивило, что летом они передвигались на оленях, запряженных в сани…
С наступлением зимы мы начали рыть землянки у подножия горы. Хорошо, что сообразили устанавливать двери, которые открывались внутрь, иначе зимой выбраться из землянки, полностью занесенной снегом, было бы невозможно. Жили по четыре-пять семей вместе. Для освещения использовали лучины. Когда пришли холода, настоящим бедствием стало отсутствие дров. Вырубали все мелкие деревья, кустарники и на себе таскали их в землянки.
Мама в бригаде ловила рыбу, я же пошел в 6-й класс местной школы. Правда, до этого еще успел побывать на левом берегу Енисея и половить рыбу. Пригодилось мое умение пользоваться лодкой. Наша бригада каждую ночь на огромной лодке-кунгасе забрасывала 600-метровый невод. Дырявые сапоги отца не защищали от воды и холода. Лямками вытаскивали на берег невод. За ночь вылавливали, а к утру сдавали на приемный пункт пять-шесть центнеров ряпушки и другой рыбы.
…Та зима, как и следующая, была особенно трудной. Не хватало хлеба, холод буквально косил людей, многие умирали, замерзали. Трупы хоронили только с весенним потеплением.
Судьба уберегла юношу от самого страшного, окружая его людьми, как вольными, так и ссыльными, поддерживающими веру в изменения к лучшему. Через десять лет жизни в Потапово, в 1952-м, хорошо относившийся к своим поднадзорным комендант увез младшего Горра в Дудинку. Там устроил подопечного на работу в порт и определил в местную комендатуру, которую нужно было посещать ежемесячно. В Дудинке он окончил не только вечернюю школу, но и заочные высшие бухгалтерские курсы при Московском финансовом институте. Из Потапово Горр уехал старшим бухгалтером совхоза, входящего в систему Норильского комбината и исправительно-трудового лагеря, а через три года был назначен главным бухгалтером Дудинской конторы управления торговли.
Кстати, мужем (и отцом в первый раз) Горр стал в том же, 1955-м. Семья жены, Тамары Лейман, в Дудинку попала уже после войны из Казанцево, где она вместе с сестрами и другими спецпереселенцами ловила и заготавливала рыбу. В 1944-м Евдокия Лейман получила похоронку на мужа. Через год ее отправили на операцию в Дудинку, а потом разрешили приехать к ней дочерям. В 1960-м там же Евдокия Лейман умерла, не дожив до возвращения на родину. Старшие Горры вместе с первенцем сына покоятся в Воронеже.
Вместе с первопроходцами
1964 год для главного бухгалтера управления торговли Норильского комбината был ознаменован не столько появлением указа, снимающего с поволжских немцев и его семьи в том числе все обвинения, сколько рождением дочерей-двойняшек Оли и Иры. По словам Ольги, отец так пекся о них, что даже получил прозвище Папаша Горр.
Полвека назад Норильский комбинат переживал второе рождение. Приезжавших на Всесоюзную ударную стройку надо было расселять, кормить, одевать. Управление торговли комбината в те годы включало в себя розницу, предприятия общепита, пищевую промышленность и даже сельское хозяйство. И часто все держалось на людях. Так считал Александр Горр:
– В любую погоду вместе с первопроходцами работники торговли находились на передовой строительства Норильска, талнахских рудников, Хантайской ГЭС, Надеждинского завода, обслуживали поселки газовиков и геологов, рыбаков, в том числе и на мысе Входном на берегу Карского моря.
В 1973-м Александра Горра назначили заместителем директора комбината по торговле.
– Управление торговли не было обузой для комбината. Даже когда оно вошло в состав РАО “Норильский никель”, торговля исправно поставляла в общий котел комбината торговую выручку, способствуя своевременной выдаче зарплаты. Это было возможно за счет больших товарных запасов, так называемых сверхнормативов, за которые нас не только ругали, но и наказывали. Но жизнь показала, что рассредоточение их в хранилищах Талнаха, Кайеркана, Дудинки позволяло стабильно обеспечивать население всем необходимым в экстремальных условиях Крайнего Севера, например во время аварии на газопроводе, пожара на хлебозаводе...
Президент ел свое
А пытались наказать начальника управления торговли не один раз. Например, любимое норильчанами кафе “От двух до пяти” с авторской керамикой от художников Сейфуллаевых, золотыми рыбками и мини-зоопарком могло бы прекратить свое существование значительно раньше.
Как рассказывал сам Александр Давидович, один бдительный председатель комитета народного контроля посчитал, что начальник управления торговли позволяет чрезмерную роскошь в оформлении предприятий общепита, и написал донос куда следует. В это время с визитом в Норильск приехал бывший директор Норильского комбината Владимир Долгих в ранге секретаря ЦК: “Когда увидел эту керамику и рыбок в аквариуме, очень хвалил и ставил в пример: мол, вот как надо работать. Вопрос о чрезмерной роскоши отпал сам собой”.
К слову, приезд еще одного секретаря ЦК, но уже генерального, оставил у Горра неприятный осадок.
– Магазины нашего города всегда имели очень широкий ассортимент разнообразных продовольственных товаров, чего никогда не наблюдалось в Красноярске. С нами могли конкурировать только столицы и, пожалуй, еще города, подведомственные Минсредмашу. Помню, когда в 1988 году состоялся кратковременный визит в Норильск Михаила Сергеевича Горбачева с супругой, то в одном из универсамов он спрашивал покупателей: не показуха ли это?
В номере гостиницы мы приготовили ему обед. Нам хотелось не столько накормить главу государства, сколько показать, что даже в экстремальных условиях Крайнего Севера можно создать пищевую промышленность. Меню было составлено таким образом, чтобы это подтвердить. Но гости нашу инициативу проигнорировали и отобедали за столом, сервированным личным поваром президента из продуктов, которые тот привез с собой.
Новое, лучшее
Для Александра Горра торговля в Норильске была, по его выражению, не сферой услуг, а творческим занятием. В управлении работал свой художественный совет, с участием которого разрабатывались и утверждались интерьеры новых объектов торговли.
– Каждый раз мы пытались сделать что-то новое, лучшее, не такое, как везде. Например, в середине 70-х решили все магазины на Ленинском проспекте облицевать мраморной плиткой. Первыми в крае открыли магазины самообслуживания. Таких линий в столовых тогда не было нигде в Союзе, у нас их просто не выпускали, и мы заказывали их через Внешторг – за границей.
Примеров нового, лучшего эпохи Горра – множество. Это и первые в крае бармены (из Прибалтики), и участие ресторана “Таймыр” в конкурсе ВДНХ, и более масштабные события: строительство молокозавода и завода по переработке мяса, выпуск своего, норильского пива, когда по всей стране варили только “Жигулевское”.
Александр Горр гордился тем, что норильскую торговлю в его время всегда ставили в пример, хотя она не была государственной в общепринятом смысле, а относилась к Министерству цветной металлургии. Гордился своей семьей, родителями, умевшими много работать, обходиться малым и не отчаиваться. Гордился всем своим многострадальным поколением.
Не стало Александра Давидовича Горра 13 декабря 2008-го в Подмосковье, почти сразу после 80-летнего юбилея почетного гражданина Таймыра.
0

Читайте также в этом номере:

“Сокол” на Килиманджаро (Татьяна РЫЧКОВА)
УВАЖАЕМЫЕ АКЦИОНЕРЫ! (Совет директоров ОАО “ГМК “Норильский никель”)
Успокаиваться не стоит (Татьяна РЫЧКОВА)
Медные кольца Татьяны (Лариса ФЕДИШИНА)
На своем месте (Автор полосы Лариса СТЕЦЕВИЧ)
Выбирая будущее (Дарья РУСИНА)
В студенческом круге (Денис КОЖЕВНИКОВ)
Все мы вместе (Денис КОЖЕВНИКОВ)
Как управились (Евгения СТОРОЖКО)
Купание в черном квадрате (Татьяна РЫЧКОВА)
С корейским акцентом (Екатерина СТЕПАНЮК)
Фото на заданную тему (Денис КОЖЕВНИКОВ)
За руль не садись (Татьяна ЕРМОЛАЕВА)
Всё реально (Марина БУШУЕВА)
Горсправка
Поиск
Таймырский телеграф
Норильск