Понедельник,
24 июня 2019 года
№6 (4675)
Заполярный Вестник
«Легендарный» матч Далее
С мечом в руках Далее
В четвертом поколении Далее
Гуд кёрлинг! Далее
Лента новостей
15:05 Управляющим компаниям города поручили усиленно бороться с грызунами
14:10 Путешественники из Воронежа отправились на Диксон
13:45 Таймырский пленочный фильмофонд переедет в Красноярск
13:05 «Всплытие» мантии в окрестностях современного Норильска привело к Пермскому вымиранию
12:30 В Кольской ГМК провели учения по промбезопасности
Все новости
Максимум усилий – минимум риска
АКТУАЛЬНО
17 марта 2016 года, 15:24
Текст: Татьяна РЫЧКОВА
Самые разные методы и формы работы использует руководство “Норильского никеля” и сотрудники отделов промышленной безопасности и охраны труда, чтобы сохранить жизнь и здоровье человека в условиях опасного и вредного производства. Статистика свидетельствует: их усилия не напрасны. Так, на Надеждинском металлургическом заводе количество несчастных случаев в течение 35 лет планомерно шло на снижение. В 1982 году их было зарегистрировано 55, к 2000-му цифра уменьшилась до 11, 2015 год стал для надеждинцев абсолютно удачным – ни одного несчастного случая.
Мы в кабинете Евгения Рябцева, заместителя начальника отдела промышленной безопасности и охраны труда НМЗ управления промышленной безопасности и охраны труда Заполярного филиала. Он только что пришел с селекторной планерки управления, которая проходит по понедельникам, средам и пятницам. Во главе планерки – заместитель директора ЗФ по промышленной безопасности и охране труда Сергей Градюшко.
– Мы отчитываемся о наличии несчастных случаев, микротравм, – рассказывает Евгений, – о проведенных проверках и поведенческом аудите, приостановках, запретах, нарушениях Кардинальных правил за прошедший отчетный период. Выявлены они или не выявлены, были или нет отказы от работы.
– А были?
– Сейчас нет.
– А потенциально опасные происшествия?
– Тоже не было. С понедельника по среду работниками отдела проведено пять поведенческих аудитов безопасности, – продолжает Евгений Рябцев. – Что это? Посещение рабочих мест. Смотрим, как работает человек. Если безопасно, ждем, пока он заканчивает операцию. Дальше происходит общение по определенной методике. Похвалили, если он все делает правильно. Спрашиваем, есть ли какие-то предложения. Например, вчера мы беседовали с работниками об экспериментальных средствах индивидуальной защиты.
В кабинет заходит непосредственный начальник Рябцева Владимир Билибин – руководитель отдела промбезопасности и охраны труда НМЗ. Спрашиваем у него:
– Вчера был день ТБ, “блох” каких-нибудь наловили, когда ходили по цехам?
Вчера была третья ступень контроля в плавильном цехе №1, – отвечает Владимир Билибин. – Третья ступень – это комиссионная проверка в рамках стандарта контрольно-профилактической работы. Комиссию, назначенную приказом директора завода, возглавляет сам директор.
Нет, не утопия
Не утопия ли это – утверждать, что можно обойтись без травм на огромном и опасном производстве?
Такой вопрос мы задаем Владимиру Билибину и Евгению Рябцеву. В ответ получаем распечатанный листок – статистику производственного травматизма на НМЗ начиная с 1980 года по нынешний день. Уже визуально таблица впечатляет: две трети граф (а их больше тридцати) заполнены неприятными цифрами весьма убористо. Это годы становления производства и печальные 90-е. В новом веке картина кардинально меняется: все больше пустых квадратиков. В 2015-м ЧП не было совсем!
На 2014 и 2013 годы пришлось только по два случая – по одному падению при передвижении и перелому.
Для сравнения: в самом сложном в плане ЧП 1982 году на заводе случилось 55 случаев производственного травматизма.
С 1983 года количество годовых ЧП идет на снижение (45, 35, 29, 26…), в перестроечные годы цифра колеблется от 17 до 28 случаев. Начиная с 2001-го строчка отчетности за год выглядит так: 6, 8, 3, 6, 7, 3, 4, 2, 2, 2, 4, 4, 1, 2, 0. Таблица доказывает: отлаженное производство, приобретенный опыт и внедрение систем по охране труда приносят свои плоды. К сожалению, 2016 год изменил этот нулевой показатель, но 2015-й доказал: можно обойтись без травм и на огромном, опасном производстве.
15 процентов на грани фола
Согласно 35-летней статистике, реже других в ЧП на “Надежде” попадали работники со стажем менее одного года и свыше 15 лет (57 и 86 человек соответственно), больше всего несчастных случаев на счету имеющих стаж 5–15 лет (234) и 1–5 лет (156).
Есть и другая статистика, рассказывает Владимир Билибин. 15–20% работников четко выполняют все правила. Большинство – усредненный вариант, но есть такие 12–15%, которые предрасположены к нарушениям. Ходят на грани фола по много лет и говорят: “Да я всю жизнь делал так”. Вот этих надо контролировать особо.
– Может и десять лет такой подход сойти с рук, а потом не проскочит, – поясняет Владимир Билибин. – Вот у нас 35 лет не случался выброс расплава из изложницы – и вдруг случился. Здесь опасное производство, и опасных факторов достаточно для того, чтобы один из них когда-нибудь как-то “выстрелил”. Сопровождает человек расплав – должен находиться от ковша на расстоянии не менее десяти метров. Это же проверено статистикой: где может упасть ковш, как далеко выплеснется расплав. Плюс спецодежда существует. Максимум приложенных усилий минимизирует риск получения травм. В технологических инструкциях и прописано, что может произойти при условии неприменения этих параметров.
У опытного работника (16 лет стажа), допустившего нарушение в текущем году, в декабре 2015-го уже был изъят талон №1 из книжки об ответственности работника за нарушение требований охраны труда при выполнении трудовых обязанностей – за примерно аналогичное отступление от правил, рассказывает Билибин. Тогда он тоже нарушил технологическую операцию розлива файнштейна. В январе 2016 года с данным работником было проведено два поведенческих аудита с выявлением опасных действий. Напомнили: вот она, соломка, которую надо подстелить, чтобы не случилось неприятностей. Не услышал.
Золотой щиток
Кроме опасных факторов на “Надежде” существуют и вредные. Например, наличие диоксида серы в плавильных цехах. Никуда от этого не денешься – правила игры диктует технология. От вредных факторов, в частности, защищают современные средства индивидуальной защиты – СИЗ, а также лечебно-профилактическое питание – продукты, которые являются адсорбентами при контакте с вредными веществами. Кроме того, здоровье металлургов контролируется на ежегодных профосмотрах, в систему профилактики заболеваний входит отдых на курортах Сочи, Белокурихи, Болгарии, а теперь еще и Крыма.
Первое, что нужно защищать на металлургическом заводе, – это органы дыхания. Евгений Рябцев достает из шкафа фильтр для противогаза ФК-10РШ. Поясняет: эта банка нового поколения, по степени фильтрации и защиты лучше, чем ДОТ-780, но тоже применяется со шлангом и загубником, так называемой соской. От загубника портятся зубы, и банку нужно все время таскать на себе. СИЗы все время совершенствуются. Начиная с 1997 года на НМЗ начали вводить защитные полумаски фирмы “3М”. Дышать через такие – и не раз – приходилось и журналистам “ЗВ” во время посещения заводов НПР.
Сейчас на “Надежде” проходит испытание защитный лицевой щиток с золотым напылением производства Суксунского оптико-механического завода. Золотое световозвращающее покрытие отражает инфракрасное излучение, затемняет яркость расплава, поясняет Евгений Рябцев. Защищает органы зрения и лицо от механического воздействия, ионизирующего излучения, брызг расплавленного металла и горячих частиц.
Фотокорреспондент “ЗВ” вместе с Евгением Рябцевым побывал на месте проведения эксперимента и сфотографировал испытывающего золотую маску Антона Гиржона, плавильщика плавильного участка №1 ПЦ-1 (на фото он слева, справа – Евгений Рябцев).
Металлурги НПР, участвующие в испытаниях, пришли к заключению, что находиться постоянно в щитке с золотым напылением – темно, он удобен только при выдаче расплава.
– Мы рекомендовали производителям сделать напыление полосой, чтобы можно было видеть все, что под ногами, а на расплав смотреть через напыление, – рассказывает Евгений Рябцев.
Снизу сукно, сверху “термаль”
Не так давно “Заполярный вестник” писал про испытания на “Надежде” тоненького костюма с силиконовыми накладками для металлурга. В презентации производителей на ткань Termoshield PS лили горячий металл, и ничего – выдержала.
– Такой костюм у нас испытания не прошел по другой причине: долго находиться в нем у расплава невозможно, – рассказывает Евгений Рябцев. – При выдаче расплава металлургу приходится достаточно часто подходить к нему, шуровать шпур и сбивать корки на желобах, находясь у расплава по 10–15 минут. Он отходит, остывает и дальше обслуживает печь. В суконном костюме внутренняя поверхность не нагревается выше 40 градусов, а в этой тонкой ткани человек перегревается.
– Хорошая теплоизоляция и низкая теплопроводность у сукна, – поясняет Владимир Билибин. – Снаружи жарко, а внутри сохраняется температура тела. Да, тонкий костюм не загорится, от брызг защищает, но теплопроводность у него приличная. Поэтому мы предложили производителям делать накладки из этой ткани поверх сукна.
Сейчас суконный костюм для защиты от повышенных температур с оранжевыми накладками из ткани “термаль” проходит второй этап испытаний на заводах НПР, в том числе на “Надежде”. Запечатленный в нем плавильщик плавильного участка №1 ПЦ-1 Валентин Нагурный также испытывает опытный образец средства индивидуальной защиты органов дыхания производства компании Scott Health and Safety Ltd. – полумаску Т8 с подключением к противогазной банке.
– Вчера во время аудита безопасности мы как раз расспрашивали металлургов про этот костюм, – говорит Владимир Билибин. – Нормально в нем работается.
– Единственное, что хочу отметить: рабочие почему-то не всегда хотят свое мнение изложить на бумаге. В таких случаях мы говорим: “Ребята, у вас есть мастер, начальник участка, звоните нам. Чтобы вынести вопрос на поставщика, мы не можем слова пришить к бумаге. Нужно составить какой-то акт, протокол”, – обозначает пути решения проблемы с некачественными СИЗами Евгений Рябцев.
Рабочие не всегда довольны качеством защитных очков. Поэтому на “Надежде” испытали более тридцати их видов. Билибин приводит недавний случай с вачегами (суконные рукавицы металлургов). По какой-то причине покрывающая их кожа – спилок – не выдерживала заявленные сроки. Рабочих кое-как упросили написать объяснительные, приехал представитель фирмы “Техноавиа”, компания провела расследование. В итоге выяснилось, что в Норильск прибыла дефектная партия товара, производитель обещал усилить контроль.
Управляй опасностями
Евгений Рябцев достает из кармана Кардинальные правила безопасности труда – маленький ламинированный листочек с лаконичным изложением главных опасностей. Правила выведены, по сути, из происходивших на производстве несчастных случаев. Кардинальные правила  должен знать назубок каждый работник завода и всегда иметь при себе. Вводные инструктажи, изучение технологических инструкций и инструкций по охране труда, нормативных документов, аудит рабочих мест, заседания совета по охране труда, на который приглашается совет бригадиров, руководство завода и цехов, конкурсы плакатов по ТБ и так далее – на “Надежде” используется весь набор средств в борьбе за жизнь человека.
Залог успеха, говорит Владимир Билибин, это исполнение требований безопасности и осуществление производственного контроля всей цепочкой персонала – начиная от рабочего и заканчивая руководителем предприятия. Должна работать СИСТЕМА. Каждый должен отвечать за свой участок, и тогда в идеале можно прийти к стабильному нулю, как было в прошлом году.
– Мы, Евгений Александрович и я, когда с работниками встречаемся на сменах, в раскомандировках, просто предлагаем: “Приди домой, завяжи глаза и что-нибудь поделай. Представь себе, что ты на работе не надел очки, тебе выбило глаза и ты всю жизнь ходишь вот так. Или привяжи себе руку к туловищу и поделай что-то одной. Походишь так и поймешь: аккуратнее надо быть при работе на конвейере”, – рассказывает и о нестандартном методе борьбы с нарушителями дисциплины Владимир Билибин.
Евгений Рябцев извлекает из папки контрольный лист для оценки рисков на рабочем месте. Второй строчкой здесь прописаны слова: “Единственный способ оставаться живым и невредимым – управлять опасностями”. И далее перечислены потенциальные опасности. Если в начале смены человек обнаруживает на своем рабочем месте нечто, угрожающее его жизни и здоровью, он ставит отметку напротив нужной строки, подписывает и передает мастеру, а отрывной талон оставляет у себя, поясняет Евгений. Специальная комиссия, в которую входят сотрудники службы охраны труда, проверяет достоверность факта. Препятствие устраняется.
Контрольные листы лежат на каждом рабочем месте, говорит Евгений, на “Надежде” пока еще не было таких случаев, чтобы кто-нибудь сделал в них отметки и отказался от работы.
0

Читайте также в этом номере:

Полная визуализация (Татьяна ЕРМОЛАЕВА)
Жизнь одна (Лариса СТЕЦЕВИЧ)
Диалог с производителем (Лариса ФЕДИШИНА)
Как проектный спецназ (Валентина ВАЧАЕВА)
План поддержки (Виктор ЦАРЕВ)
Нести бережно! (Денис КОЖЕВНИКОВ)
“Золотая маска” в кино (Татьяна ЕРМОЛАЕВА)
Предлагайте добрые дела (Татьяна ЕРМОЛАЕВА)
Жаркая Масленица (Марина БУШУЕВА)
Во власти моды (Ольга ЛИТВИНЕНКО)
Круговорот любви и страсти (Валентина ВАЧАЕВА)
Наши на Марсе (Мария РОДИОНОВА)
Нуль или ноль? (Роман БУКВОЕДОВ)
Сплошной абзац (Юлия КОХ)
Горсправка
Поиск
Таймырский телеграф
Норильск